11e869d7

Март Михаил - Двое В Пекле



ДВОЕ В ПЕКЛЕ
Михаил МАРТ (Майкл УТГЕР)
Часть первая
Глава I
1
Приходить в себя после хорошего удара намного сложнее и дольше, чем отключаться. Темнеет в глазах - и никаких мирских забот. Холодная земля или теплая, дождь или солнце - все едино.

Другое дело приходить в себя: непрекращающа яся тупая боль в затылке, багровые круги перед глазами, мокрая трава под ребрами. Одно утешает - жив душа к праотцам не отправилась, где ответ за грехи земные держать придется.
Валяясь под откосом в неуклюжей позе, человек уже не тешит себя надеждой, что в одурманенной голове замаячит хоть какая-то здравая идея. А про отлетающую в небеса душу и вовсе забыл, как только до его ушей донеслось отвратительное нытье полицейской сирен ы. Отвратительное до колик в животе и такое земное, что любого ангела спугнет.

Попытка встать и унести ноги не увенчалась успехом. Все, что ему удалось - это перевернуться на спину. На фоне синего неба раздувались огненные круги налитые свинцом конечнос ти и не думали подчиняться приказам мозга.
Где-то над головой завизжали тормоза. Яркие пучки фар осветили кустарник. Испуганная стая ворон сорвалась с насиженного места и оглушительно взметнулась вверх.
Последние свидетели, и те разбежались.
Теперь хлопали дверцы машин, черные силуэты, скользя по траве, спускались вниз. Фонари рыскали по земле, как ищейки. Сегодня им повезет, они найдут то, что ищут.
Холодный луч света замер буквально в двух шагах. Он давно перестал удивляться, пугаться, взд рагивать и суетиться; оттого вид выхваченного из тьмы, распростертого на траве неподвижного тела придал ему сил. Хотя и с большим трудом, но удалось приподняться на локтях и сесть.

Боль в затылке не унималась, руки дрожали, непослушные ноги словно вросли в землю. Сильный фонарь слепил глаза.
- Погаси. Еще насмотришься, - он едва узнал собственный голос. Скорее это был даже не голос, а какой-то мерзкий хрип.
Луч обшарил его одежду и вернулся на исходную точку. Теперь только шелохнешься - и в тебя тут же выпустят всю обойму или припишут "сопротивление властям при аресте". Чьи-то сильные руки подхватили его и подняли на ноги.

Глаза охотника и его добычи встрет ились. Человек не знал, что выражал его собственный взгляд, но встречный ничего хорошего не предвещал. Зажатого словно в тисках, его обшарили с ног до головы, вывернули все карманы и опустошили их почище пылесоса.
- Где-то я уже видел этого малого, - пробасил тип в полицейском плаще. От него пахнуло дешевым джином. Нет ничего хуже, чем оторвать копа от выпивки среди ночи.
- Не карман, а ювелирная лавка, лейтенант, - раздался голос того, кто так старательно их выпотрошил.
- Веди его к машине, - сухо приказал лейтенант и перевел фонарь в сторону. Луч сразу же уткнулся в белое лицо с запекшейся струйкой крови у синих, искаженных гримасой, губ. Окаменевшие мышцы превратили это лицо в трагикомическую театральную маску.
Арестованного выволокли на шоссе. Его "форд" и белый "кадиллак" стояли на том же месте, но теперь к ним добавилось еще три машины - патрульные. Коп с сержантскими нашивками открыл заднюю дверцу одной из них и впихнул еле держащегося на ногах человека на заднее сиденье.

Заваруха с трупом удавкой затянется на его шее. Найти выход из подобной передряги практически невозможно. Он знал это.
Сидя на корточках, лейтенант осматривал покойника, словно филателист редкую марку.
- Парня необходимо отправить в морг и вызвать нашего специалиста. Мне нужно знать точное время смерти.
- Пуля пробила его грудь часа полтора назад.



Назад